Tomorrow. The imperfect world

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Отыгранные эпизоды » goodnight, nighters


goodnight, nighters

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

1. Название темы goodnight, nighters
2. Участники Фьерста-Тень, Инверно
3. Описание локации Чистое небо, почти безлюдные сейчас окраины Рейнсона и, конечно, ночь - верный спутник этих двоих. Ничего примечательного, ничего из того, за что мог бы зацепиться блуждающий взгляд. Только вот... Впрочем, сейчас сами увидите.
4. Дата (время) и предыстория Это не более, чем сон, имевший место около года тому назад. Ведь события, описываемые здесь, так нереальны... Хозяйка сна - юная Инверно, а к ней ночные видения приходят крайне редко, но если уж такое случилось, это вряд ли забудется. Глупо, нереально, просто нонсенс - она упала с собственной аспиды. Причем упала ровнехонько на наемного убийцу... Завязка более чем интересна. А что будет дальше?

+1

2

Вестник закрыл глаза не очень ранним утром, но снилась ему, разумеется, ночь...
От нынешней вылазки на уровень людей она не ожидала ровным счетом ничего особенного, да и к чему? Скоро праздники, а в преддверии их люди любят затихать, будто бы изображая примерных деток для нового Феникса. Как это, право, глупо и мелочно: если уж эта огненная птица и существует не только в старинных поверьях и умах людей, - в чем полубогиня, честно говоря, сомневалась - то она вряд ли удовлетворится такой незначительной подачкой. Но попробовать посмотреть, что там, внизу, все же стоило. Вдруг попадется какой-нибудь признак наступающего года… Они же обязаны оправдывать свои названия, не правда ли?
Итак, она, обычно собранная и внимательная, а сегодня невероятно рассеянная, накидывает на плечи темный плащ, совершая привычный ритуал - подозвать Шейдара, вспрыгнуть на вороную спину исполинского животного и, отдав короткий приказ, понестись вниз. Непременно так, чтобы в ушах на все лады свистел ветер, так, чтобы уподобиться молнии в ночном небе. Мы же должны поддерживать образ Хищника Химмела, этакой Поднебесной.
Вот только делать это надо было, пожалуй, хотя бы чуточку аккуратнее... Сама Инверно, в общем-то, и не успела заметить все подробности своего позорного и такого непозволительного падения, но факт оставался фактом. Она, как это ни прискорбно, на огромной скорости неслась к грешной земле; хорошо хоть, та была недалеко. Заблаговременно зажмурившись и вообще натянув на лицо недовольную гримасу, она уже мысленно готовила гневную речь для верного спутника, естественно, решив винить в произошедшем именно его. Ну не себя же, в конце-то концов.
Только вместо земли под собой она ощутила что-то куда более мягкое, а притом живое и наверняка недовольное таким вот любопытным поворотом событий. Впрочем, слезать она пока не спешила, предпочитая дождаться реакции, если таковая вообще последует. Мало ли, что там такое.

0

3

Воздух был одуряюще морозным, звезды на невероятно черном небе сияли как-то особенно ярко, а город окутала блаженная тишина. Никаких убийств, никаких краж (по крайней мере явных), минимум разногласий… Все тихо, чинно и мирно, хотя, разумеется, не пройдет и нескольких дней, как все снова вернется на круги своя.
Мирные жители Рейнсона нынче пытались убедить Феникса и себя в своей исключительной мирности и непогрешимости, уподобляясь эдаким меховым шарикам с огромными невинными глазками (мех обеспечивали алхимики и звери, большие глазки — исключительное усердие в мирских делах… ну или запор, кому как повезло). Да и преступные элементы тоже уменьшили свою активность.
Гэйбриэл решил взять небольшой «отпуск» на неделю, попросту не являясь на собрания Гильдии и скрываясь от настырных заказчиков. Вместо этого мужчина, вспомнив лихие времена десятилетней давности, решил «тряхнуть стариной»… и факт данного действа был, что говорится, налицо — Фьерста шел по окраине города с исключительно довольной и развратной мордой (решив в этот раз, что говорится, наплевать на привычки) и довольно мурлыкал под нос неприличную песенку. Позади осталось некое заведение с алкоголем и горячими девушками (ну ладно, ладно — уже не девушками), перед глазами потихоньку разливался донельзя приятный туман, хотя (надо отдать должное профессионализму Гэйбриэла) убийца был по-прежнему готов заметить любую опасность, направленную на него.
Промурлыкав очередной куплет песенки, Фьерста донельзя паскудно ухмыльнулся. И вдруг застыл, заслышав какой-то странный свист. Источник звука определить не удалось… по той единственной причине, что сверху на него рухнуло нечто.
Наемный убийца упал и приложился подбородком о мостовую, едва не откусив себе язык. Приятный туман в глазах сменился весьма неприятной темнотой, голова на мгновение склонилась, и мужчина ударился уже носом.
Через несколько секунд Гэйбриэл пришел в себя. На него давила тяжесть — не то чтобы внушительная, но то, что на него рухнуло, перышком явно не являлось.
- ...! — выдохнул Тень, приподняв голову и попытавшись пошевелиться.

+1

4

Кто-то на ее месте мог начать судорожно причитать, кто-то сыпать проклятьями направо и налево, кто-то... Впрочем, этот "кто-то" не имел возможности рухнуть со спины небесной твари на кого-то или что-то (в данном аспекте Инверно еще не определилась), да еще вот так эффектно и, скорее всего, неожиданно. Маловероятно, что сие существо ходило вокруг да около и ожидало, когда же на него свалиться какое-нибудь небесное чудо. Ну, если только в этом не заключалось очередное поверье.
А чудо это, собственно говоря, сейчас усиленно хлопало глазами, дабы избавиться от крайне неприятного раздвоения пространства и совсем не требующегося дополнительного размытия. Не предпринимая никаких попыток освобождения несчастного, Сестра Ночи все еще продумывала пламенный привет Шейдару, не успев прийти в себя после полета. Нет, она не испугалась, - а может, просто не успела - однако это было довольно... неожиданно. Только что пред ней изгибалась в очередном повороте голова огромного животного, и тут - бац - она уже сидит на земле. А, нет, не земля это все-таки... Потому как земля ругательств пока что не употребляет.
Соизволив, наконец, сдвинуться и осесть теперь уже действительно на мостовую, дочь Мольера обнаружила рядом с собой мужчину, на первый взгляд вполне обычного, явно не бедняка, и стандартно для сего района и времени благоухающего алкоголем. Этот господин, по всей видимости, получил шанс тесно ознакомиться с каменной кладкой, коим, благодаря Оку Бога, и воспользовался. Но извиняться она, конечно, не собиралась – полубогиня-то здесь причем, это все Шейдар!
- Что ж, - несколько неуверенно произнесла она, - доброй ночи, - а может, уже и не такой доброй. Неуверенность ее скорее была причиной того, что девушка, упавшая с облаков – явление ну очень неожиданное, а незнакомец не выглядел пьяным до такой степени, чтобы воспринять это как должное или поверить в сказки о фуриях с небес. Правда, объяснять что-либо наша героиня пока что не собиралась, ибо… Ибо правдоподобное вранье не могло вариться в одном котле с получившейся ситуацией.

+1

5

Когда наконец то, что на него рухнуло, соизволило сдвинуться и сесть на землю (из чего Тень заключил, что оно было живое), мужчина, пробурчав себе под нос еще несколько ругательств, пошевелился и, ощупывая нос, попытался сесть. Увы, сие нехитрое действо удалось ему только со второй попытки, потому что перед глазами у Гэйбриэла нехорошо так плыло. А когда он наконец сел, откуда-то сбоку раздался чей-то голос. Голос был женский, что уже само по себе было необычно — насколько Фьерста знал, за так называемым слабым полом до сих пор не водилось дурной привычки падать откуда-то сверху (с крыши?) на прохожих.
«Доброй ночи? Она издевается?» — подумал убийца, шмыгнув носом и попытавшись сосредоточить взгляд на той, что, как и он сам, сидела на мостовой. Увы, взгляд и не думал сосредотачиваться где-то там, решив, что нос убийцы гораздо больше достоин разглядывания. Несколько раз тряхнув головой и с удовлетворением отметив, что взор его прояснился, Тень посмотрел на женщину.
Женщину? Ха! До того времени, как сие существо сможет в полной мере владеть правом именоваться женщиной, еще много-много лет. Рядом с Гэйбриэлом сидела девушка…
Ах да, сидела девушка. И что, спрашивается, эта девушка делает тут, ночью, на окраинах? Интересно, это у нее хобби такое — прыгать на людей?.. Или она душевнобольная? Или просто слишком много выпила?
Мужчина кашлянул, судорожно размышляя, что сказать в ответ на своеобразное приветствие. Так и не придумав ничего лучшего, Фьерста нахмурил тонкие брови и устремил на девушку взгляд, который, как ему казалось, должен был привести к тому, что незнакомка сама ему все расскажет.

0

6

Недовольно сверкнув глазами из-за упавших на лицо каштановых волос, в свете луны приобретающих какой-то убитый чернотой багровый оттенок (прозванный, кстати, самой Инверно цветом "темной крови"), она молча ответила на новую порцию ругательств, что вырвались из тонких уст собеседника. Не привыкла, не любила. Принимала лишь поминание черта и его братии, чем сама частенько грешила.
Бегло осмотрев того, кто послужил ей такой удачной площадкой для приземления, она вскоре решила, что ее взгляду просто не за что зацепиться - черты лица отказывались складываться во что-то целое, как кусочки мозаики выхватывались лишь по одиночке, оставляя после себя столь же разбитые впечатления. Словом, ничего конкретного. А так, согласитесь, не интересно. Тем более что сего господина, кажется, больше занимал собственный нос, нежели сложившаяся ситуация.
А ведь любопытно было знать, каким образом он истолковал такой вот "подарок" с небес. Он же должен предлагать на съедение своему разуму какие-либо версии, правда? Абсурдные, правдоподобные, фантастические... Да хоть какие-нибудь, главное, чтобы не воспринимал это как должное. Хотя полубогиня и сама еще не решила, каким образом будет из этого клубка выпутываться, и будет ли вообще.
- Хотите услышать историю, господин? - усмехнулась Инверно, согнув ноги в коленях и положив на них голову, обхватив те же ноги затянутыми в перчатки руками - довольно странная поза для сидения на мостовой. В общем-то, таким ответом на вполне ясный и красноречивый взгляд она просто тянула время, ибо в голове все еще что-то навязчиво крутилось, а взор не вернул себе прежнюю четкость. Следовательно, и ясность мысли пока еще рано ждать в гости. А значит, разнообразные глупости и прочие радости жизни скоро окажутся на ее счету. Ждем лишь вердикта Времени.

0

7

Очевидно, долгое и упорное гипнотизирование упавшей-с-неба-незнакомки (интересно, а если бы она была ему знакома, что бы он подумал? что в эту ночь каждая уважающая себя женщина просто обязана свалиться кому-то на голову?) все-таки принесло плоды, потому что после довольно продолжительного молчания та соизволила разомкнуть свои губы, приняв какую-то совершенно невообразимую позу, явно не подходившую для беседы на мостовой… ночью… с незнакомцем… Ну, в конце-концов, над убогими смеяться грешно, ведь так? А душевнобольным надо потакать и говорить с ними ласковым голосом, а то бес знает, что им в головы придет. Убрав руку от лица, Тень скосил левый глаз на незнакомку, словно проверяя ее на предмет болезни души, одновременно пытаясь более-менее удобно устроиться на мостовой — уходить не хотелось, проснулось здравое любопытство, требовавшее узнать, с какого ляду особи женского пола падают на прохожих… с крыши? с неба? Да, кстати, это тоже неплохо бы узнать…
Ну давай… рассказывай, — медленно протянул он, почти полностью копируя позу девушки (просто так оказалось удобней всего). Как назло, как раз в этот момент за ее спиной кто-то зажег свечу в окне, и ее лицо рассмотреть так и не удалось…

0

8

- А, так ты все-таки умеешь говорить, - если бы сие существо не съязвило, оно было бы просто не вправе назваться Инверно. - Тем лучше, - легкая улыбка тронула ее губы, неизвестно для кого и зачем. А, вероятнее всего, исключительно для себя.
Незнакомец, точно повторив порядок действий Око Бога, продемонстрировал принятую ею странную позу со стороны. Представить только, как они, должно быть, дико смотрятся со стороны: два удобно устроившихся посреди ночи и мостовой человека, кои то ли говорят в столь неподходящем месте, то ли... То ли что? Ну, хорошо, человек здесь был только один. Но второму это знать совсем не обязательно. Еще, чего доброго, запомнит.
- Мм, - зажегшийся где-то за спиной трепещущий свет (вероятно, свечи - она не стала оборачиваться, чтобы посмотреть) несколько разрядил обстановку; теперь "собеседник" хотя бы не видел ее лица, а это было очень и очень на руку. Дочь Мольера поспешила накинуть на голову давно спавший капюшон, просто на тот случай, если вовремя подоспевший свет вдруг погаснет. - Ты ведь не поверишь, если я скажу, что упала со спины аспиды? - правда в данном конкретном случае была более чем абсурдна, ведь общеизвестно, что сие создание - зверь совершенно не приручаемый. Хотя бы потому, что летает он на уровне дворцов Алого Бога.

0

9

…что? – Фьерста решил, что он ослышался. Или выпитый алкоголь ударил в голову. Или незнакомка – сумасшедшая… ну, последний вариант был наиболее близок сердцу наемного убийцы. Хотя бы потому, что считать ущербным звеном себя не очень-то и хотелось. Точнее – не хотелось совсем, что и заставило Тень выгнуть черную бровь, фыркнуть, выказывая свое недоверие и язвительно поинтересоваться, все ли у девушки в порядке с головой. Лично он, Гэйбриэл, отличался здоровым скептицизмом и поверил бы в баечку об аспиде только в том случае, если бы оная соизволила явить свой лик ему лично. Но она этого делать не собиралась (да и вообще, наш герой подозревал, что дамочка, сидящая перед ним, просто перепутала аспиду с какой-то очередной каменной фигурой, с которой и сверзилась так удачно, ничего, судя по всему, не сломав), что еще больше утверждало мужчину в уверенности, что перед ним блаженная. Пусть незнакомка и не выглядела таковой – но кто их знает, этих психов? Вдруг она и его за аспиду примет или начнет творить непотребства…
Примерно на этой мысли Фьерста себя и поймал, слегка удивленно фыркнув и словно против своей воли растягивая тонкие губы в улыбке. Выпитое вино пополам с пивом еще плясало в его крови, и, должно быть, именно из-за этого в серых глазах, обычно совершенно непроницаемых, сейчас искрилось веселье. Оставалось, правда, непонятным, что именно веселило убийцу – сама ситуация, слова девушки или вообще что-то глубоко левое, вроде изгрызенных Пролазой панталон назойливой соседки…

0

10

Где-то там, высоко, но намного ниже тех высот, на которых ему бы следовало быть, рассекая крыльями вязкий ночной воздух, парил Шейдар. Инверно чувствовала, как он коршуном кружит над ними, но с трудом могла различить его силуэт. "А вот если б он был белым.." - и хорошо, что не был.
Сей зверь, видимо, считал непозволительной ошибкой оставить свою госпожу, пока она сама не отослала его куда подальше. И правильно делал. Пусть будет рядом, с ним почему-то спокойнее.
- Что слышал, - отрезала она, какой-то благоразумной крупицей сознания воздав хвалу скептицизму незнакомца. Большая же часть ее яростно возмущалась, пораженная чьим-то неверием. И куда делась ее хваленая осторожность, в каких дремучих лесах потерялась?
На руке непроизвольно зажегся огонь - нория бунтовала вместе с ней. Несколько секунд пламя теплилось на бледной руке, успело выхватить из тьмы лицо задумчивой полубогини, а затем с треском, смешанным с раздраженным шипением владычицы, погасло.
- Черт, черт, черт.
Такой неосмотрительной можно быть разве что во снах.

0

11

– Ну да, ну да… – задумчиво протянул Тень, рассматривая девушку из-под полуприкрытых век. – Ты летаешь на аспиде, а подушечкой для ног тебе, должно быть, служит лайнокхарр… – удивление почему-то отступало, будто смытое каплями дождя. Словно все, что происходило, и должно было произойти, а слова – сказаны. Ощущение нереальности происходящего еще больше усугубил огонек, вспыхнувший на руке девушки. Все удивление оказалось растрачено на слова незнакомки об аспиде, так что сейчас Гэйбриэл просто слегка приподнял тонкие брови.
И отчего-то захотелось поумничать. Сказать что-то запутанное и непонятное. Чувство это было сродни чесотке, и мужчина решил, что сопротивляться ему не стоит. А может, дело было в том, что ему просто хотелось выговориться, и немалую роль здесь сыграл еще не полностью растворившийся в крови алкоголь… Так или иначе, но Фьерста, чуть улыбнувшись уголками губ, начал вещать:
– Знаешь, для того, чтобы верить во что-то, людям порой нужно увидеть это самолично. Убедиться в существовании предмета веры. А если это 'что-то' никогда не видели или видели очень, очень давно… тогда вера утрачивается, и, в конце-концов, люди просто находят новые объекты для поклонения. То же самое происходит и с существами – весьма трудно поверить в то, что можно сесть верхом на того, кто обитает на уровне дворцов Алого Бога. И даже если ты действительно сумела его оседлать… не лучше ли соврать – хотя бы ради собственной безопасности? Ведь я слышал, что за голову аспиды дают неплохую цену… А сколько дадут за живую? – последнюю фразу мужчина произнес с легким оттенком интереса, словно пытаясь по реакции незнакомки понять, сказала она правду или солгала, чтобы посмеяться над очередным доверчивым прохожим.

0

12

- Ты еще скажи, что на моей шее накидкой покоится грахен, - рассмеялась Инверно, в очередной раз отметив, что люди, по всей видимости, совершенно не замечают грань между реальностью и безумством.
Она, поняв, что огонь на ее руке собеседника практически не удивил, разожгла его вновь, теперь уже осознанно и просто для самой себя - сидеть на земле было прохладно, да и взбунтовавшаяся нория рвалась в пространство ночи. И, заодно, будет, куда пристроить собственный взгляд; на пляску огня она могла смотреть неотрывно.
- Людям должно быть достаточно уже того, что кто-то их создал, что кто-то дал им право на жизнь. Жизнь здесь и сейчас, вполне реальную, осязаемую, - "Ах вот, что вы думаете о собственной вере... Удобная позиция". Сестра Ночи была приятно удивлена тем, что молчаливый незнакомец, недавно послуживший ей площадкой для приземления, наконец разговорился. - Они сами и есть доказательство существования объекта поклонения. И, веруя, они отдают дань за такую вот "услугу", - метнула быстрый взгляд из коллекции "это понятно?".
- Прекрасно знаю, сколь неправдоподобно это звучало. Но, знаешь ли, убедительное вранье в кружащуюся голову приходить не спешит, - она, точно дикая собака, потрясла головой в безуспешной попытке избавиться от навязчивого позвякивания каких-то неизведанных колокольчиков на просторах разума. - Безопасность? - она снова усмехнулась, - Сомневаюсь, что мне в данный момент что-либо угрожает. К тому же, аспида для тебя великовата будет. И я не верю, что есть безумцы, устраивающие охоту на этих исполинов, - могло показаться, что дочь Властителя противоречит сама себе, однако по ее собственному разумению все было предельно просто: в данный момент она говорила о людях, а приравнять себя к ним не могла ни в коем случае. Вот и получалось, что они безумцы, а с ней все в порядке.

0

13

- Ты еще скажи, что на моей шее накидкой покоится грахен, — заявила незнакомка как-то слегка отстранено, словно думала в этот момент совсем о другом. Мужчина не стал отвечать на это смешливое утверждение, ибо уже потерял всякий интерес ко всевозможным представителям животного мира. Куда больше его занимал завязавшийся разговор о вере, — хотя сам Гэйбриэл никогда не отличался религиозным пылом, и, несмотря на то, что признавал Шатани своей богиней-покровительницей и даже молился ей тогда, когда следовало доказать именно свою веру, несмотря на все это, ему было интересно, что скажет эта ночная собеседница — и, по правде говоря, убийце уже давным-давно хотелось просто поговорить, без оглядки на прошлое, настоящее или будущее. И сейчас, когда появился такой шанс, Фьерста ухватился за него, как утопающий за соломинку, прекрасно понимая, что, возможно, второй такой возможности у него уже не будет. Ему уже было все равно, как сюда попала эта девушка — пожалуй, ему было бы все равно, даже если бы она просто соткалась из ночной тьмы, оказавшись неотделимой ее частицей. А тема разговора волновала его и того меньше, ведь самым важным были слова, предложения и фразы. Голос, в самом начале — холодный, как лед, теперь начал постепенно таять, словно пробуя на вкус те интонации, которых он был лишен.
Выслушав незнакомку, мужчина медленно покачал головой, прижавшись щекой к грубой, но плотной ткани черных брюк.
— В таком случае, дань уже давно уплачена, не так ли? Не вижу смысла в поклонении тем, кто когда-то, давным-давно, даровали жизнь нашим далеким предкам. И, думаю, я не одинок. Смысл воздавать хвалу богам, отметивших себя только сотворением этого мира и его обитателей? — Гэйбриэл на мгновение прикрыл серые глаза, задумавшись о чем-то мимолетном, а когда снова их открыл, в руке девушки танцевало невероятно живое, теплое пламя, согревавшее не только свою создательницу, но и сидящего напротив нее мужчину. Огонек словно разрушал все незримые преграды, мешавшие ощутить себя полностью, по-настоящему, живым...
Фьерста тихо вздохнул.
И заговорил снова:
— Безопасность никогда не бывает абсолютной. В любой момент может произойти все, что угодно, даже самое невероятное. К примеру, с неба упадет камень... — убийца на мгновение замолчал, словно опасаясь, что слова его окажутся пророческими. — Или в подворотне тебя будет ожидать член Гильдии наемных убийц... или ты отравишься несвежей пищей, или просто споткнешься на ровном месте, и, ударившись виском о какой-нибудь острый выступ, и сыграешь в ящик... — с каждым словом голос его становился все тише и тише, пока не упал до шепота, в котором, впрочем, ясно и четко слышалась каждая буква. — Случайности подстерегают нас на каждом... — на этом месте Гэйбриэл запнулся и замолчал; впрочем, это молчание было вызвано отнюдь не нежеланием продолжать разговор. Просто от противоположной стены здания отделилась маленькая юркая черная тень, переместившаяся на плечо ночной знакомой, и, помогая себе цепкими лапками с крепкими коготками, в итоге оказавшаяся у Тени на плече. Пролаза, никогда не покидавшая своего хозяина надолго, и в этот раз осталась верна себе.

+1

14

- Дань выплачивается постоянно, - ее без всяких сомнений занимал разговор с этим, не самым, пожалуй, заурядным представителем людской расы. Она часто бывала среди них, скользила, укрытая ночью, неприметной тенью, однако же вступать в контакт без крайней необходимости не любила. Следить, смотреть во всю остроту своих хищных глаз, подмечая малейшие детали, чтобы после занести их в некую черную книжицу с замысловатым изображением на обложке (а это, господа, величайший компромат всех времен) - вот ее игра. Остальное же оставьте другим, куда более "земным" полубогам - тем, что живут, люди, среди вас. А она - дочь Создателя, она - Око Бога. Она - выше.
- И если исчезнет вера, то исчезнет и мир, - она оторвала взгляд от огня и, заметив, что собеседник более чем не против ее ручного пламени, опустила творение нории на брусчатку - оно послушно сбежало по рукам, повинуясь приказу хозяйки, и разгорелось прямо на холодном камне между двумя тенями, совершенно не требуя каких-либо вспомогательных элементов вроде хвороста. - Видишь ли, богам абсолютно не нужен мир, где все о них и знать забыли, где они - лишь пустой звук. Так что, можно сказать, вы верите во имя своего существования. Вот тебе и смысл, - она улыбнулась, будто бы несколько снисходительно, но при этом жест не терял своей искренности.
- …Шагу, - одним словом довершив оборвавшуюся речь незнакомца, девушка краем глаза проследила за причиной заминки - торопливо пробежавшим мимо зверьком: кажется, крысой. Удивленно вскинула брови, прокрутив в памяти весь список изложенных мужчиной опасностей, и с нотками недоумения спросила:
- И вы всего этого боитесь? - возможно, в жизни была определенная доля риска, но, по мнению нашей героини, все это придавало ей вкус, остроту, интерес. Ведь если бы каждый день был однообразно спокоен как за безмятежными стенами Химмела, во что бы все это превратилось? Правильно, в рутину. Мерзкую, утягивающую в свои сети, не дающую насладиться погоней за новыми впечатлениями. Впрочем, возможно, так думают лишь бессмертные, коим и терять-то нечего.
Внимание Инверно вновь привлекло животное, за время ее размышлений успевшее взобраться незнакомцу на плечо:
- Твоя?

0

15

– Это больше смахивает на рабство, – сухо заметил Тень. – Столетиями расплачиваться за то, чего, возможно, никогда и не было, и знать, что, сколько бы ты ни платил, все равно этого будет мало. Нет. Мне это не по нраву… да и, подозреваю, не только мне.
Он помолчал, глядя, как на холодной мостовой разгорается огонь нории, бросая яркие отсветы на стены мрачных домов. Свеча в доме напротив давно уже погасла, и только этот костерок на голых камнях освещал происходящее.
– Что же это за мир, который построен на голой вере? Как оружие нельзя сделать из чистого железа, так и окружающая нас реальность не может состоять только из чего-то возвышенного. Вере нужен противовес, оттого она сделается еще ценнее.
Гэйбриэл снова замолчал, не в силах объяснить то, что неясными образами вилось у него в голове. Как рассказать этой незнакомке о том, что для него было совершенно естественным? Как собрать в единое целое расползающиеся мысли? Или вообще не стоит этого делать? Вопросов было много, и Тень выбрал тот единственный ответ, что устраивал его на данный момент – то есть решил вновь дать слово девушке. А сам высказал своей мнение касательно еще одного открытого вопроса:
– Боятся мыши. А крысы – просто принимают к сведенью. В конце-концов, жизнь без опасности и риска была бы слишком скучна, но, увы, не все это осознают… и признают.
Еще вились обрывки бессвязных определений, странных слов и запутанных предложений. Отчего-то вопрос веры вдруг стал для мужчины невероятно важным – о нем хотелось говорить, но… но что-то мешало. То ли неумение высказать свои мысли, то ли что-то другое, несоизмеримо большее и оттого очень страшное. Словно кто-то – возможно, даже сам Алый Бог, – запретил ему думать об этом, вызывая смятение и пока еще легкую, но вполне ощутимую головную боль. Это раздражало, но одновременно и пугало Гэйбриэла, и волей-неволей вспоминались детские кошмары – влажная темнота, давящая на грудь, множество разноцветных шаров самых разных размеров, и дикий, совершенно непреодолимый страх…
Фьерста передернул плечами, отмахиваясь от неприятных мыслей и поднял руку и погладил жесткую и влажную шерсть Пролазы, чуть заметно кивнув, признавая, что та является его собственностью. Крыса ткнулась холодным носом в щеку, выскользнула из-под ладони и скользнула под куртку, свернувшись на груди теплым комочком.

Отредактировано Фьерста-Тень (25-03-2011 14:46:28)

0

16

- Рабство - это когда все действия берутся под контроль, а любое из них возможно совершить исключительно получив соответствующий приказ. Вы же на рабов совсем не похожи, право - творите, что вам угодно. От вас требуется только одно,  - она прекрасно понимала, что вот сейчас, в этот момент, окончательно сдала себя и свою сущность. Начав говорить с четким разделением «я» и «вы», не употребляя разве что «мы» говоря о божественных созданиях, демонстрируя свою силу, разжигая огонь из ничего. Но... Ей было все равно. Догадается - хорошо, не подумает - еще лучше. Сам же говорил, что людям следует иногда видеть объект поклонения, - здесь Инверно вполне могла бы пренебрежительно фыркнуть, однако не стала этого делать - и пусть она не бог, зато явное доказательство его существования. Подобные ей без участия высших сил не появляются.
- С таким противовесом скоро меркалов на все не хватит, - она рукой обвела окружающую местность. - Этот город уже давно погряз в грехах, тебе ли не знать,«И пусть даже так было задумано: «противовес» от этого легче не становится. Грех на грехе и грехом погоняет», - стремительно пронеслось в мыслях полубогини. - Так что вера, пожалуй, практически единственное возвышенное, что здесь есть.
Она мягко, даже с какой-то любовью к первобытной стихии, погрузила руки в самую толщу небольшого костерка, наслаждаясь абсолютным его повиновением: он не трогал ее руки, лишь приветливо окружал своими языками, не оставлял ни одного опаленного участка на затянувших руки перчатках. Повелительница тем временем обратила свой взор к небу и, окончательно потеряв из виду Шейдара, но, все же ощущая его присутствие, (он ведь был пропитан ее магией до самых костей, а значит просто не имел шанса бесследно исчезнуть для своей владычицы) удовлетворенно кивнула сама себе; ее зверь умел хорошо прятаться, и сейчас только лишний раз продемонстрировал свои способности. Тем лучше: не стоит нервировать человека еще и неестественно низко парящей аспидой.
- То есть ты себя крысой считаешь? - улыбнулась Око Бога, невероятно позабавленная сим фактом. Она, разумеется, знала о таком явлении как самокритичность, однако никак не думала, что оно может доходить до такого ироничного отношения к самому себе. - А вот с этим я, безусловно, соглашусь, - добавила она, говоря о второй части ответа мужчины. Он практически облек в звук то, о чем она размышляла не далее нескольких минут назад. Стало быть, не только бессмертные любят игры с огнем. В отношении к ней самой - и в прямом, и в переносном смысле.

0

17

— Ну почему же только от нас? — неожиданно мягко возразил Гэйбриэл, внимательно смотря в глаза собеседницы. — Неужели сами боги ни во что не верят? Или люди - единственные, кто еще способен верить? Как ты считаешь? — в светло-серых, чуточку прищуренных, глазах появилось что-то странное, что-то, что даже сам Фьерста не смог бы описать, доведись бы ему взглянуть самому себе в лицо. Тень слегка улыбался, едва заметно, уголками губ, но именно эта легкая улыбка придавала его голосу выражение какой-то странной снисходительности. Так взрослый человек объясняет малому ребенку, что небо синее, а трава зеленая, и никак не наоборот.
— И... неужели ты думаешь, что только вера является возвышенным чувством? А как же надежда? — Под конец фразы Гэйбриэл слегка выгнул правую бровь, придавая сказанному странное значение, одновременно светлое и ироничное. Он не стал говорить о любви. Просто потому, что никогда ее не испытывал, считая, что это чувство - удел слабых.
Он ощутил, как зашевелилась крыса, словно ощутившая, что идет важный разговор, и решившая если не принять в нем участие, то как минимум выслушать его дословно. Остренький темный нос высунулся из горлышка куртки, но сама Пролаза осталась под одеждой, уцепившись цепкими лапками за плотную, теплую черную ткань.
Девушка, которая не боялась огня, и даже как бы считавшая, что огонь - это часть ее самой, сейчас грела руки в ярком игривом пламени, и это завораживало одновременно и крысу, и человека. Да, на огонь можно было бы смотреть вечность, и даже чуть больше, но если юркого зверька привлекало пламя, то убийцу - его создательница. Та, запрокинув голову, смотрела в темное-темное, заполненное неяркими капельками звезд, ночное небо, словно выискивая в нем ответы на свои вопросы, какими бы они ни были.
— А что плохого в крысах? — Ответил Фьерста на заданный девушкой вопрос. — Да и... как не сравнить? Мы, люди, как крысы. Так же живем стаей. Так же всей стаей встаем против больных и слабых, уничтожая их своей силой. Так же способны совершить все, что угодно, когда нас прижмут в угол. Так же под покровом ночи вершим дела, о которых не принято говорить при свете дня, и надеемся на то, что кошки еще спят. Так же бежим, пока можно бежать, и защищаемся, когда выхода нет и не может быть. — Он на мгновение прикрыл глаза. — Или ты подразумевала что-то другое?

0

18

Услышав вдруг появившуюся в голосе незнакомца мягкость, Инверно бросила на него задумчивый взгляд. Через минуту, впрочем, она уже забыла об этом странном явлении, полностью переключившись на сам, куда более занимательный, чем какие-то там интонации, разговор:
- А зачем им верить? - она лукаво улыбнулась. - Они знаю все, и даже больше. А то, о чем знаешь доподлинно, в дополнительной опоре в виде веры, как правило, не нуждается, -она могла бы привести в пример саму себя - Вестник не то, что знала о существовании богов, она имела возможность лицезреть одного из Троицы куда чаще, чем можно себе представить. Так к чему же здесь слепые верования?
В голове, еще недавно бурно возмущающейся по поводу не комфортного приземления, закружились отрывки из истории Мира, главным образом весьма смутные упоминания о Создательнице. Вот если и есть на свете совершенно непостижимое существо, то это она. И как ни крути доступные знания, как ни выворачивай их наизнанку, яснее не становится. По крайней мере, для полубогини. Получается, в нее стоит верить.
- Надежда... - она протянула это слово, прохладное и глубокое по звучанию, будто бы желая проникнуть в самую его суть. - И на что же вы надеетесь? И чем отличается надежда от веры? Она, чаще всего, тоже не имеет за своей спиной ни одного надежного факта... Две стороны одной медали, как мне кажется.
Око Бога снова обратилась к огню нории, который, воспользовавшись отсутствием ее внимания, объял руки чуть ли не по локоть. "Эх ты, чудо прожорливое", - девушка согнала пламя с рук так, как обычно стряхивают пыль. - "Дай тебе только волю!.." Увлеченная "общением" с новоиспеченным собеседником в виде костра, она не сразу ответила на вопрос человека, представив тишине возможность слегка разгуляться. Однако сравнительные исследования произвели на нее должное впечатление, посему и спорить она не стала.
- Я просто хотела сказать, что это не самое лестное сравнение, - Инверно кивнула на высунувшийся из хозяйских одеяний нос крысы. - Зверь-то не из благородных.

0

19

Тень качнул головой, едва не задев подбородком крысу, которая решилась высунуть из-под его одежды не только нос, но и остальное тело, правда, только наполовину. Передернул плечами, слишком старательно — ибо если предыдущие жесты он вспоминал относительно легко и даже как-то инстинктивно, то этот дался ему не без труда. Насильно вытравливать эмоции - значит жестоко обращаться с личностью. Единственным утешением для Гэйбриэла могло служить только то, что он сделал это не до конца - старательно завернул свои чувства в грубую ткань, убрав лишь внешнее их проявление, а внутреннее оставив. Возможно, этого делать не стоило, но что уж теперь...
Он оставил слова собеседницы без ответа: тема веры, теперь, казалось, исчерпавшая сама себя, занимала его не больше, чем Пролазу - вопли храмовных прислужников о каре, которая падет на головы грешников.
«Надежда... - слово пронеслось у него в голове секундой раньше, чем девушка произнесла его вслух. - Что есть надежда? На что можно надеяться?»
Разум туманно намекал, что надеяться можно на что угодно: на удачный исход дела, на хорошую погоду, на добропорядочность лавочника... впрочем, на последнее только надеяться и остается. По мнению Тени, в этом городе порядочные лавочники и торговцы напрочь отсутствовали и приравнивались по сути своей к чему-то чудесному. Но как это сказать? Да и потом... любое слово, любая фраза - они неизбежно влекут за собой ответ. Словесный, мысленный, физический - хоть какой-нибудь. А Гэйбриэл вдруг ощутил, что его небывалый поток красноречия начинает иссякать, еще немного, и слова кончатся окончательно.
Поэтому мужчина ограничился безразличным:
— Я тебе не храмовник и тем более не дворянин. Зачем эти пустые разговоры ни о чем? Для того, чтобы потешить свое самолюбие?
Впрочем, прояснить дело насчет сравнения крыс и людей он все же решил:
— А я и не собирался льстить. Просто сказал как есть. Так ведь и нас, людей, трудно назвать благородными. Да и не хочется.

Отредактировано Фьерста-Тень (23-05-2011 20:10:58)

0

20

- Это было ясно с самого начала. Храмовники и дворяне не имеют привычки шляться по окраинам далеко за полночь, - она обезоруживающе улыбнулась. Вот что-что, а разнообразные препирания в ее планы на сегодня ну совершенно не входили. В них, честно говоря, вообще мало что входило. Особенно после внезапного приземления не там, где нужно, и не тогда, когда нужно. И не на то, что нужно. Все не так, одним словом.
Нежелание незнакомца продолжать беседу мало ее удивило - куда большее изумление вызвала бы долгий задушевный разговор у костра с этим... А кто он вообще? Вор, наемник? Чем Бездна не шутит.
За спиной что-то вспыхнуло, полыхнуло, отсветы заплясали джангу напару с тенями где-то неподалеку. Инверно, только было собравшаяся разразиться очередной триадой, обернулась. Ничего страшного, в общем-то. Огонь жадно заглатывал какой-то небогатый домишко неподалеку от мостовой. Причем огонь самый обычный, самый простой - тот, что служит людям. А при случае этих же людей и губит.
Девушка пренебрежительно махнула рукой в сторону пожара и тут же потушила свое собственное, куда более жаркое и маленькое, пламя. Вновь хотела что-то сказать, и вновь у нее не получилось этого сделать. Видать, судьба тонко намекала – «заткнись уже, девочка».
Девочка дисциплинированно заткнулась, но не по своей доброй воле - просто над ней навис... Как вы думаете, кто? Правильно, товарищ по приключениям и средство передвижения в одном лице - неповторимый Шейдар, на морде которого, как полубогине показалось, застыло удивленное выражение. «Привидится же на больную голову», - хмыкнув, она выпрямилась в полный рост, на что затекшие ноги отозвались тупым стоном, и, заговорчески потрепав зверя по голове, изрекла:
- Что, испугался обычного огня, ощутил разницу? - легкий разряд магии куда-то в мохнатую щеку, - То-то и оно, разница действительно есть. А вот бояться не стоило, милый мой. Страх - не лучшее твое чувство, уж поверь мне.
Она вновь взглянула на своего недавнего собеседника, про которого, казалось, успела забыть:
- Благодарю за беседу, человек. Мне было интересно, - дочь Бога, подпрыгнув, вскочила на спину аспиды, что без лишних промедлений и ненужных слов отправилась покорять ночные просторы.
Приснится же такое.

0

21

Эпизод завершен.

0


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Отыгранные эпизоды » goodnight, nighters