Tomorrow. The imperfect world

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Отыгранные эпизоды » difficult decision


difficult decision

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

1. Название темы a difficult decision
2. Участники Ярна, Шатани
3. Описание локации
Охваченный со всех сторон темной зеленью поистине огромного леса, что находится чуть ли не на самом краю мира, стоит деревянный терем, от которого веет всегда невероятным теплом и уютом даже в самую суровую зимнюю пору. Но сегодня светлая обитель Ярны страдает вместе с хозяйкой, умерив янтарный блеск идеально гладких бревенчатых стен. Вокруг тревожно гудят, уставшие от снега на кронах, деревья, молчат птицы. Белоухие зайцы беспокойно высовывают носы, крупные хищницы зажались в норы. Ожидание чего-то утомительно.
4. Дата (время) и предыстория
5 января 601 год
Серый полдень раскидал косые, еле пробивающиеся сквозь тучи, лучи бледного солнца. Ярна мечется в своем доме, пытаясь справится с невыносимой болью и теряя понапрасну силы. Правая рука по локоть почернела от заразы, но последняя далее не шла, сдерживаемая многочисленными проклятиями богини. Надолго ли? Может, уже стоит что-то предпринять?

0

2

варнинг|закрой

надоело вас мурыжить, выставлю, как есть хдд
короче, ну вас, в то самое. я опять забыла суть того, что по вашей задумке произошло с ярной и решила вообще вырезать этот кусок, дабы не насиловать ни свой мозг, ни ваш. шатц, если это так важно, стукни в лс и напомни - впишу.
насчет страданий - я предупреждала :D
не вычитано

Расскажи мне, где растет кровь.
Я слышал запах ее цветов…

История начала свой эпохальный ход, натужно заскрипев всеми своими несмазанными шестренками и шпунтиками-винтиками .
В таких случаях обычно принято говорить – «подумать только, какая нелепая смерть», но Ярне против обычного хотелось только одного – выругаться, да так, что любой скорняк одобрительно присвистнет, окинув заинтересованным взглядом.  Да, безусловно, она представляла свою смерть совсем иначе. К примеру, на поле битвы, в окружении сотен вражеских человеческих воинов, восставших против своего бога и с приставленным к горлу клинком, являющимся тонким, как срез туалетной бумаги, намеком, что пора попрощаться со своей божественной жизнью, ибо никакое бессмертие не спасает от сложенной за правое дело головы. Голова вообще прихотливый предмет обихода и в отдельности от остальной биомассы живет туго, пусть даже в ней с каждым днем, кажется, все меньше практической пользы. Или же, как еще один вариант, красиво, с нужной долей трагизма и пафоса и в окружении благодарного человечества, которое излечила бы воззложением рук от какой-нибудь хитрой заразы, но лишилась бы при этом всех своих сил и на прощание вымолвив гаснущим голосом, что ее смерть не была напрасной, испустила бы дух. Вот это подходящая смерть для могущественной богини, вот это мы понимаем!
Но сейчас все шло так..глупо, что узнай об этом Старший, то даже он, всегда снисходительно наблюдающий за действиями младшей сестры своей, без раздумий закатал бы ее в ледяное презрение, ни разу не усомнившись в ее скудоумии и наличии хоть малейшего фитилька интеллекта. Погибнуть от руки собственной игрушки, доверившись, безотчетно поверив в горячечно-яркую надежду, впустить в себя странную болезнь, надеясь, что ее кровь справится с этим играючи, так, словно она не многомудрая богиня, веками смотрящая с безликого неба, а девчонка наивная, по сущей ошибке получившая такую власть в руки. Но что теперь убиваться, раз за разом проматывать события назад, только хуже становится – тоже самое, что с детским упорством отколупывать корочку с только-только начинающей подживать ранки.
Только и остается, что закусывать в бессилии губы, пережидая новый приступ острой боли, оставляющий полное ощущение, что на кисти висит разъяренный бойцовский пес. Он умный, как черт, двигает челюстями только в те моменты, когда сознание уже почти верит в то, что пытка окончена, но нет, стоит легким распрямится и задышать свободно, чуть надрывно, как новые и новые приступы складывают пополам и заставляют искать мутным взором нож. Может и правда, ну ее, эту руку?..  Потому что больше нет сил. Богиня, а сил больше нету, разве что на донышке души еще можно наскрести пару ложек. Слабая. Глупая. Как смешно.
Света  нет, только слабые лучи, пробивающиеся сквозь невысокие окна, да перед ней на широком столе стоит канделябр, ветвистый, как рога любимого вольхейма, но горит в нем только одна свеча. Прогоревшая почти на половину и мятущаяся, как сидящая перед ней девушка-старуха. Огонек то замирает, как кошка, только ушки не настораживает, то начинает подрагивать, мечется бедный в ужасе и в поисках опоры. Погода располагает: серый полдень не способный даже разогнать домашний полумрак, ветки деревьев под напором ветра беспокойно стучатся в окна - умирай, не хочу. И не вылечишь теперь, бесполезно, что ветер руками ловить, не дается зараза божественным заклятиям.
Это случилось неделю назад, а может быть две, точно она не помнит, настолько мутным дурманом накрыло дни. И чем больше проходит времени, тем больше растет напряжение, выкручивающее суставы и мыщцы. Ну же, когда? Тишина, глубокая, вязкая  тишина отдающаяся муторной дрожью где-то в груди и нарушаемая только скрипом отодвигаемого стула, судорожным кашлем и тихим, безнадежным поскуливанием. Это не собака, что притулилась сейчас где-то под креслом и  все беспокойно поводит носом, нет, это все она. Сидит, гулко, тяжело дышит и подвывает, отставив искалеченную руку чуть в сторону, как собака – больную лапу. Плакать почему-то не получается, только поскуливать, прямо как собаке.  Зубы жестко прикусывают покрасневшие губы и тут же зализывают места укусов.

Отредактировано Ярна (11-04-2011 23:51:52)

+3

3

Безмолвные коридоры дворца в Бездне, привычно холодные и не похожие на великолепие земных дворцов, тех простейших прописных канонов, которые задавались смертными, без особой фантазии и разума. Не было того великолепия, как роскошные ковры на полах, лишь на некоторые метры открывающие красоту полов, такие дорогие и недостижимые для «простого смертного». Отсутствовали картины признанных мастеров, обычно располагающиеся на стенах вперемешку с блестящим своей неестественностью оружием. Не было огромных витражных окон, в которые проникал бы солнечный свет, приятно согревающий и расписывающий коридоры разноцветными оттенками. Всё было противоестественно, если, конечно, в вашем представлении возникали именно картины, описанные выше. Холодные коридоры, наверное, никогда не чувствовавшие тепла, и странно, почему не закованные до сих пор в лёд, всегда встречающие Шатани своим убожеством неотёсанный камней, более подходящих для замка. Любой существующий нашёл бы это место не только неуютным, но даже зловещим, однако из всех правил есть исключение и одно из них – Младшая Богиня, шедшая вперёд. Чёрный плащ обвивался вокруг ног богини, словно не пуская её к конечной точке. На полах и рукавах его была заметна кровь, очевидно, человеческая. Левая рука женщины с лицом девушки безвольно висела. Приоткрывая завесу тайны, мы с вами можем узнать о целях Богини, которые, как и положено, не должны быть доступны всем и каждому.
Шатани была довольна. Удивительно, не правда ли? Наверное, спустя такое количество лет на её лице впервые заиграла улыбка, пусть и не совсем похожая на ту искренность, которой одаривают своих знакомых и родных смертные, но это было настоящее чувство, как оказалось, доступное Тёмной. Немного маниакальная улыбка – назовём её так – и едва определяемый безумный взгляд выдавали тот факт, что она, наконец, добилась поставленной цели и теперь спешит обрадовать результатом… кого?
Уже месяц, превознемогая боль в недавно излеченном теле, Шатани двигалась – и, причём очень удачно! – к поставленной цели. В лабораториях своего дворца она делала то, что запрещено всякими законами нравственности (а, соответственно, делала тайно), используя людей, похищая полубогов из других миров, она, наконец, узнала секреты Исцеления, запрятанные Создательницей глубоко в недра сознаний разных существ. Долгие годы на поиски, десятилетия на расшифровки и вот теперь это пригодилось. Смогла бы подобное провернуть Ярна? Нет, но ведь именно ради неё Младшая и занималась этим. По крайней мере, так звучала отговорка, ради которой Шатани время от времени брала перемещающий амулет сестры (эта интересная вещица могла делать проход за границу мира незаметной и переносить владельца в другие миры, при знании должных рун), дабы прорвать изнанку, но последняя никак не могла знать для каких целей. «Я ведь пытаюсь тебе помочь, не так ли? Тогда делай то, что я говорю». Постоянные слова, что столько раз произносила Тёмная, не объясняя никому, почему время от времени пропадает. Удивительное дело, что никто – даже всезнайка Мольер, не говоря уже о Ярне, которая никогда не интересовалась подобной магией – не смог узнать как же она «уходит» и «возвращается». Но это ведь Шатани, правда? И вот, наконец, цель достигнута! Ни одной записи, всё только в голове, такие знания не доверяют ни кому. Секреты человеческих тел, жестокая магия, которая помогала проникать в самую суть, кровавые ритуалы, которые отбирали последние силы, всё выводило Богиню из себя, но она выдержала. Иногда Шатани казалось, будто нечто нематериальное, но живое где-то вдалеке помогает ей, будто что-то контролирует её руку, но в очередные разы они отгоняла от себя подобные мысли.

***
- Если ты расскажешь мне, что случилось, то, возможно, я смогу тебе помочь! – на возбуждённый крик Морфия она лишь ухмыляется. Глупый, глупый мальчик. Зачем он кричит понапрасну, зачем тратит силы, думая, что находится на особом положении. Нет, нет. Особые положения – это только для ничего не понимающих смертных, а они стоят выше этого.
- Иди. Я не хочу, чтобы ты задавал мне вопросы, - ты смотришь на него… синими глазами? Почему этот цвет преследует её уже столько дней подряд. Потрескавшиеся губы тихо шелестят. Она, слегка покачиваясь, стоит рядом со своей кроватью. На тумбочке тазик с водой, вино, нож. Чёртово сочетание.
- Скажи, что происходит! Ты второй раз оказываешься с этими ранами и ничего не объясняешь! Да что же, в конце концов, происходит! – он хватает богиню за плечи и легко трясёт, пристально вглядываясь в лицо, ухмыляется, думая, что буря прошла. Рука Шатани нащупывает нож. Резко взметаются полы туники, Морфий хватается за лицо, залитое кровью.
- Что ты делаешь? – в руках богини любой нож наносит мучительные боли, а уж в руках Сестры Смерти… тут даже ничего говорить не надо.
- Я жду… целителя через два часа, - Шатани махнула рукой, восстанавливая сыну плоть. – И только попробуй ещё раз сунуться в мои дела.
***

Она остановилась напротив резной двери и сунула руку в раскрытую пасть шакхарра – своеобразный замок, необычайно надёжную защиту ото всех, кто бы ни попытался проникнуть сюда, без её разрешения. Дверь покорно отворилась, пропуская хозяйку в недра тёмной комнаты. Здесь было неожиданно тепло и свежо, пахло каким-то приятным цветочным запахом и, несомненно, ванилью. Здесь не было ни одного огня и лишь нечто, находившееся посредине, переливалось жёлтыми, зелёными и синими, неестественно тёплыми оттенками. Это было нечто похожее на колодец, однако изящное и безумно завораживающее своими блестящими гранями, однако вода его плескалась, доходя до самых краёв, едва ли не вытекая за отмеченные рунами пределы. Шатани подошла к этому странному сооружению и коснулась рукой воды, произнеся два слова на старом наречии. И в тот же миг пропала.
Момент перемещения она не запомнила (или не заметила, не суть), оказавшись перед дверью, где, в своём доме, ожидала её Ярна. Без всяких приветствий либо предупреждений, Тёмная коснулась рукой дубовых створок, которые открылись, внемля её беззвучному приказу, а после того как прошла Владычица, захлопнулись так же тихо. Здесь была совершенно другая атмосфера, удивительно не давившая на богиню Нижнего слоя, очевидно, часто тут бывавшую. Шатани остановилась у стены, коснувшись её спиной.
- У меня есть новости, - нейтральным, сухим голосом произнесла Шатани, осторожно подтягивая левую руку ближе к лицу, и пытаясь понять, почему вновь началось кровотечение, начала накладывать бинты. В голове её мелькали образы и первой неудачной попытке исцелить Ярну, когда Младшая взяла часть проклятия на себя и пострадала, однако неимоверным количеством усилий смогла справиться. Она ждала, что же скажет сестра. Стояла, упиваясь её болью, той самой, что разжигала сущность Шатани, питающую свою энергию именно от подобных чувств.

офф: описать то, что нужно полностью не смогла, потому довольно скупо, это печально.
и фантазии нет.

+2

4

ДАВАЙТЕ ЛИБО ПОСТ ХОТЬ ОТ ГЕЙММАСТЕРА ЛИБО ЕБАШИТЕ ТЕМУ В АРХИВ СО ВСЕМИ ПОТРОХАМИ

+1


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Отыгранные эпизоды » difficult decision