Tomorrow. The imperfect world

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Личные эпизоды » Прочь с дороги, неверный!


Прочь с дороги, неверный!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

1. Название темы
Прочь с дороги, неверный!
2. Участники
Лефер, ГМ (Сиенна), Грегори Уайт ( шакхарр Морриган)
3. Описание локации
Небольшая улица на стыке "церковного круга" и остальной части города.
С неба падает мелкий снежок.
4. Дата (время) и предыстория
5 января. Вечер, часов эдак 8. Мольеров жрец решает прогуляться где-нибудь в городе, дабы отдохнуть от приевшейся обстановки и поразмыслить над творящимся в Рейсоне. Оседлав свою любимицу, он выходит из обители.
Парой минут позже он сталкивается с Лефером, явно пришедшим в это тихое место с теми же намерениями.
Но ни тот ни другой долгожданного покоя здесь не найдут...

0

2

Снег красиво искриться в свете уличных фонарей. Завивается в причудливом танце. Иногда кажется, что это кто-то встряхнул легкое, прозрачное полотно украшенное мелкими огоньками... Грэг невольно замирает, придерживает тонкую золотую цепь, одетую на зверя подобно шлейке. Зачем ему такие ухищрения? Уайт и сам объяснить бы не смог. А вернее нет, смог бы, но не стал. Вероятнее всего он все еще не уверен в своих способностях командовать мольеровой дочерью, огромной тигрицей, на чьей спине он сейчас гордо восседал. Да и к тому-же надо же нацепить что-нибудь красивое на дорогую подругу - пусть все видят, какой ты, дружок, важный и богатый и как много значит это божье создание под твоей задницей для тебя да и для всех окружающих тоже. Фраза вышла несколько прозаичней, чем планировалась. Но не суть.
Трогательная улыбка тронула губы жреца, заставила прищуриться. Лицо его просветлело, разгладилось. Так часто случалось, когда Грегори наблюдал что-то красивое. В эту минуту он думал, как щедр был Мольер, подарив им, земным козявкам, такую сказочную красоту. Нет, не достойны эти жалкие, самодовольные твари всего этого. Бунтуют, отрекаются, богохульствуют... Только плетку это стадо и понимает.
Грэг сделал расстроенное лицо. Толком не зная перед кем ему сейчас притворятся, будто роль бича Мольерова ему не по нраву.  Просто по привычке, по старой, давно принятой им негласной традиции. Легонько тронул пушистые бока спутницы каблуками, давая понять, что можно трогаться дальше.
Грегори сейчас находился в редком для себя состоянии. Он был спокоен, расслаблен. Чувствовал внутри какую-то странную, приятную теплоту и немедленно подозревал в ней божественное происхождение. Однако это затишье было очень опасно: потревожь его сейчас кто-нибудь, Грегори взорвется страшнее, чем делает это в своем обычном состоянии. Возможно потому, что почувствует, что обнаружил свою беззащитность и сентиментальность.
Чуть быстрее, Морри.- негромко, будто робко попросил он. Мягко похлопал тигрицу по холке. Потом спохватился, решил, что как-то слишком размяк и крепко поддал каблуками по животу -  чтоб не расслаблялась.
В действительности он не строил никаких надежд на то, что его удар принесет Морриган какие-то болезненные ощущения. Просто... Это нужно было чтобы собрать в кулак себя самого.

0

3

Небольшой слой мягкого, свежего снега едва покрыл расчищенные мостовые. В местах, куда попадал довольно скудный свет фонарей мелкие снежинки искрились в его мягких лучах, играли сотнями маленьких резных звездочек. С каким-то наивным, детским любопытством ими любовалась огромная кошка, мягко ступающая по тонкой пелене снега. И так каждый раз, каждую из тех многочисленных зим, что прожила она. Ей нравилось так отчуждаться от реальности, забывать о том, кто она такая и что здесь делает. Когда остаются только мириады маленьких кружевных снежинок, играющих в свете фонаря. Стоит только слегка наклонить мохнатую голову - и вот уже по-другому сверкнули маленькие огоньки..
Тонкая золотая цепочка легонько позвякивала с каждым шагом Морриган. Она не любила ее, как не любят надоедливых мух на подоконнике или мелкую саднящую ранку на пальце. Глупая людская прихоть. На что она? Только бряцает, заставляя ее напрягаться и внимательно вслушиваться, практически на автомате выискивая в привычных звуках города что-то подозрительное. Но раз Грег так решил... Пусть будет. Да что уж там говорить, она бы и в балетную пачку залезла, если бы он сказал. С такой же невозмутимой, смиренной мордой. И ходила бы в ней. Как дура. Да.
Небольшая тяжесть на спине перестала покачиваться в такт шагам шакхарра, хозяин замер. Немного удивленно подняла Морри янтарные глаза, повернула голову, мельком взглянула на Грегори. Что он там делает? Порой эти его любования природой заставляли ее врасплох. Она все еще не могла его понять, разгадать, что он за человек. Вроде бы и не плохой... Да что за глупости! Он самый лучший человек на свете, если принял ее. Ну да, еще бы. Ему-то невдомек, что ты, красавица, поужинала его предшественником. - от неприятной мысли стало холодно.
Шаги как-то сами по себе замедлились, кошка остановилась, чтобы дать своему хозяину полюбоваться на пустынный дворик у обители. Кому прийдет в голову шататься здесь в такой холод? Все оборванцы, если не укрылись в церкви или в какой-нибудь халупе, то померли. Ну и славно. Не надо будет делать вид, что тебе на них наплевать. И пусть это не так часто приходится делать, но ведь случаются иногда такие приступы, когда в груди аж покалывает от душащего, мгновенно накрывшего и так же и ушедшего, стыда. И тогда, волей-неволей, подумаешь: Что же ты тут делаешь, хранительница человечества? Ха-ха! Бряцаешь своей дурацкой цепочкой?
Фела нахмурилась, мотнула головой и мягко тронулась с места, даже обрадованная тем, что Уайт наконец подал ей знак двигаться дальше и не думать.

Отредактировано Морриган (13-07-2011 02:19:19)

0

4

Вы любите играть? Нет? Ну что же…  Да, кто-то может сказать, что игры – детское, глупое занятие, и подобрать еще множество синонимов, показывающих всю неприглядность этого действа, но… Я люблю играть.
Потому что играть – не значит притворяться. Постоянно бояться выдать себя чем-то, вздрагивать от каждого шороха и потому вести себя неестественно и картонно? Нет, это не по мне. Играть – значит полностью  отдаваться роли. Становиться тем, кем тебе надо стать. А все прочее… пусть маячит где-то на глубине восприятия, и нисколько не мешает играть. И когда настанет нужный момент, достаточно будет  лишь  сбросить облик и снова стать самим собой. Правда, тут есть небольшая опасность. Что будет, если нужный момент никогда не настанет? Да, это – риск. Постоянный. Но разве мы не рождены, чтобы рисковать? Жизнь без этого будет серой и скучной, а мне… мне это не по нраву.
Я люблю риск. А риск — это… Не безупречная величественность Мольера. Не холод и мрак Шатани. Это Ярна, вечно юная и легкая, воздушная и хитрая…
Она любит играть — и посылает с серых небес белоснежные снежинки, которые танцуют какой-то истинно свой, зачаровывающий простотой и одновременно сложностью танец, успокаивая и сподвигая на подвиги, маня и отталкивая…
Меня манит снег. Манит — и немного пугает, ибо снег — это сон, а мне все же ближе жизнь и движение… мне ближе зеленые побеги, выбивающиеся из земли и отчаянно тянущиеся к солнцу.
То есть делающие то же самое, что и… оппозиция. И именно мысли о ней вывели меня на запорошенные снегом улицы нашего славного (несмотря ни на что) города, правда, лишь после окончания всех служений. Политика политикой, но и дела отбрасывать не стоит. И пусть ради этого приходится кутаться в тяжелый плащ и ощущать, как кусает за щеки мороз — главное, я смогу побыть наедине и все обдумать. Оставаться же в доме не было сил — спать не хотелось, сидеть на диване в окружении сомна зажженых свечей, чтобы заглушить манящий зов окна, — тоже, а значит, оставалось лишь поддаться желаниям, накинуть плащ и выйти на темную, едва-едва освещаемую фонарями улицу. По хорошему, конечно, стоило бы сделать выговор фонарщикам, но отчего-то именно этот неяркий блеск фонарей так настраивал на нужный ход мыслей, что…
Под ногами мерно поскрипывал снег, и я, в сущности, не замечал, куда иду. Куда глаза глядят, лишь бы не на задворки, главное ведь — движение, которое помогает настроить на нужный ход мыслей…
Я остановился, прислушавшись. Мне показалось, или… по улице действительно кто-то идет, кроме меня? Да, так и есть — за пеленой снега, повалившего гуще и так и норовящего залететь в лицо, отчетливо виднелся все приближавшийся силуэт шакхарра. На котором восседал…
Какая встреча, однако. Значит, не только мне по душе вечерние прогулки в одиночестве? Право, Грегори, не ожидал. Каюсь, думал, что вы проводите вечера, раздумывая над очередным коварным планом по свержению меня. Да, для меня не секрет, что вы хотите занять мое место — и я даже вас понимаю, но, простите, уступать вам первенство не собираюсь. Хотя бы потому, что всего нужно добиваться самостоятельно, не ожидая скидок и поддачек…
— Добрый вечер, Грегори, Морриган. Вам не спится? — слегка склоняю голову набок, а вопрос задаю участливо-заискивающим тоном. Игра уже давно начата, жребий брошен, кости отстучали свое о стенки стакана, карты на руках, маски надеты. И это…
Прекрасно.
А особенно приятно сознавать, что никто — смею надеяться — и не подозревает именно об этой игре. Так не будем же раскрывать карты раньше времени и спрячем истинное «я» за маской марионетки, все так же продолжая строить сложные интриги в одиночестве.

+1

5

Верная тронулась немедленно вопреки тщательно скрываемой неуверенности Грегори. В общем-то, сомнения в ней были довольно необоснованными: кошка еще ни разу не ослушалась хозяина. Она вообще была на редкость исполнительной и в полной мере оправдывала кличку, приобретенную ее родом у людей. Только вот не разговаривала совсем... Это, надо сказать, ужасно раздражало Уайта. Он злился, обижался, даже пугался ее молчанию. Видано-ли: он, ближайший соратник Мольера среди людей, а не достоин бесед с шакхарром. Невольно начинаешь думать "что-то здесь не чисто"...Впрочем, пока никто об этих проблемах не осведомлен. И славно. Не гоже городу трепаться о личной жизни Алого жреца.
Грэг нахмурился. Он немного продрог, так как являл собой существо довольно мерзлявое. Даже тяжелый, темно-багровый плащ не спасал его от стужи, норовившей забраться под ворот. Ногам, правда, тепло среди густой золотисто-рыжей шерсти, но вот по спине и груди уже гуляют стайки мурашек. Наверное, стоило бы сейчас повернуть обратно, в теплые покои, распластаться на кушетке перед камином и почитать что-нибудь, но что-то неумолимое влекло Грэга вперед, заставляло вглядываться в снежное полотно и смутные силуэты домов.
Тоска. Странная тоска, злость, острое чувство несправедливости. Эти ощущения поминутно преследовали его с той самой минуты, когда жрец узнал о главенстве над ним Лефера. И Ярны вместе с ним. Он еще старался его как-то терпеть, скрывать и усмирять, но темное, страшное пламя уже занялось где-то внутри. Пламя, которое не греет, а лишь изо дня в день обжигает все больше. Погаснет ли оно когда-нибудь?
Что-то впереди изменилось. Высокая фигура медленно проявлялась, выступала из снега подобно призраку. Темно-зеленые одежды, золотая вязь орнамента по ним... Легко узнать по этим атрибутам посланника Ярны. Какое совпадение! Какое?
Отвратительное. Придумать что-то хуже было бы, мягко говоря, сложно. Только расслабился, дал волю мыслям и чувствам, и на тебе. Опять приходится втискиваться в жесткие, давно привычные но от этого не менее неприятные, рамки холодной вежливости и подобострастия.
Соберись. Внимательней. С этим старым лисом надо быть на чеку. Он, правда, и так вряд-ли лелеет надежды на твое к нему доброжелательное отношение, но все-же открытого конфликта стоит избегать. Сейчас не самое лучшее время для лобового столкновения. Хотя - что-то опасное блеснуло в черных, как деготь, глазах.
Если уж на то пошло, сейчас самое время для переворота. Силы Церкви ослабляются оппозицией, и если Леферу не удастся собрать достаточно союзников, то вполне возможно опустить Ярну с Шатани и взять власть в свои руки...Кхм, точнее отдать ее воле великого Мольера.
Здравствуй, Лефер. - негромко, даже дружелюбно промурлыкал Грэг, чуть притормаживая Морриган возле собеседника. Одарил Ярнова питомца снисходительной улыбкой: сейчас Уайт находился выше своего коллеги, а такое случалось не часто. Алый жрец же не упустил возможности открыто насладиться видом противника сверху вниз.
Уж снизу то куцый Грегори на всех налюбовался, спешу вас заверить.
Верно. Сегодня чудесный вечер для прогулки. В последнее время столько всего произошло, что будет не лишним остудить голову на улице. К тому же вечером здесь никого не бывает...- едва слышный намек на то, что ваше здесь присутствие было весьма нелицеприятной неожиданностью. - А вы, Лефер? Вы почему здесь прохлаждаетесь? - на последнем слове Грегори сделал ударение.
Нечего тут прогуливаться, когда кругом шумят бунты. Назвался груздем... Сиди дома и вынюхивай оппозицию! -можно подумать, друг мой, что его здесь присутствие тебя обижает!

0

6

Еще до того, как Грегори успел содрогнуться и напрячься, будто перед прыжком, Морриган почуяла Лефера. Высокая, статная фигура еле-заметно выделялась на фоне белой дымки, смутные ее контуры колебались и пропадали за потоками несущихся в лихом танце снежинок..
А вот и хозяин его учуял. Ну, или не учуял. Что он там со своей маленькой длинной сопелкой учует? Смешно, право. Даже когда из булочной тянет свежим хлебом поутру он не просыпается от этого восхитительного запаха. А вот ты просыпаешься. Бродишь по дому, по залам покоев, как привидение, пугаешь слуг. Не нарочно, впрочем.
Вытянутый господин, звавшийся Лефером, если память не подводила кошку, был последнее время фигурой, к которой ее человек относился с наибольшей неприязнью. Что не могло не повлиять на отношение к нему самой Морриган. Как там говориться? "Друзья моих друзей - мои друзья"? Так вот, на врагов это тоже распостраняется. Почувствовав лишь на мгновение, как крепко вцепился ее хозяин в густую шерсть, шакхарр молча сверкнул в сторону главы церкви янтарными глазами и остановился.
И началось. Слова, слова.. Они сыпались из уст людей, как мертвые листья с деревьев осенью. Морриган знала, что с помощью них люди как-бы перегрызают друг другу глотки, только без видимх повреждений.. Но недоумевала, отчего глотку нельзя порвать так, наяву. Ах да, у них это тоже табу, да? Видала я ваши запреты, когда вы осаждаете крепости, устраиваете блокады, или подставляете друг друга, гадко, из-за спины того, кто вам доверяет.. Видала я ваши законы на площадях с виселицами, в обедневших от налогов и грабежей (а в, сущности, какая разница?) деревнях, в грязных и полных лжи городах, где даже дети вынуждены мерзнуть на улицах, когда отъевшиеся на чужом горе чиновники просиживают зады в теплых домах.. Видела их в этом вашем обществе, где ложь и способность менять маски, цинизм и хладнокровие заменили настоящие  чувства!
Недоверчиво смотрела кошка на подошедшего к ним с хозяином человека. Чувствовала в нем, как и во многих других здесь, какую-то фальшь, наигранность. Внешне она была спокойна, но внутри напряжена, ожидая от этого человека любых выкрутасов. Пожалуй, именно из-за отсутствия этой фальши она и выбрала Грегори себе хозяином. Морриган часто задавалась вопросом: почему? И, кажется, ответ находился, пусть и постепенно..
Правда, сейчас Грег тоже играл. Принимал правила этого невербального поединка, с улыбками на нарисованных лицах.
А вот она таких игр не принимала. Оттого и молчала.
Хотя, шатани ее знает, почему она и впрямь была так молчалива. Может, просто была  слабоумной.

Отредактировано Морриган (19-07-2011 18:56:35)

+2

7

Меня нет. Все, что было мною, постепенно прячется в отдаленные уголки моей памяти, забиваясь в отдаленные дыры и не смея показать и кончика носа, пока правит бал моя маска. Ей дозволено многое, даже то, что никогда не стал бы делать я — но в то же время ее обложили огромным множеством запретов, которые ни в коем случае нельзя нарушать. До сих пор она их не нарушала, и, смею надеяться, не нарушит и в этот раз… хотя с каждым днем мне становится все труднее становится кем-то другим. И еще труднее — возвращаться обратно, не теряя частички себя самого…
Но, кажется, я слишком удался в рефлексию, тогда как напротив стоят двое, причем один из них ждет моего ответа — хотя бы из вежливости. И ответить тоже нужно.
И я отвечаю, продолжая машинально поглаживать пальцами, затянутыми в перчатку, мех, крепко пришитый по краю капюшона. Огненно-рыжий лисий или волчий, с жестким остом? Схватил первое попавшееся под руку, хотя, в сущности, какая разница?..
— Может быть, по той же причине, что и вы? В одиночестве, да в полумраке так приятно думать… а мороз лишь помогает мыслям бежать быстрее. Хотя вы, наверное, придерживаетесь иного мнения, правда? — все же стихия Мольера — это яркий, жаркий и ненасытный огонь, тот же самый, что, согласно легенде, когда-то лизал бока первых шакхарров…
Я снова приподнял брови, глядя на Грегори. Шея уже начала затекать — все же рост шакхарров, по моему мнению, слишком велик, чтобы можно было долго смотреть на их всадников без ущерба для собственного здоровья.
— Быть может, вы сойдете на землю? — вопрос-просьба вышел слегка жалобным. Я потер рукой шею. Откуда-то из глубин сознания донеслось ехидное: «Снизойдете до простого смертного, жрец Алого Бога?», но тихий голос тут же смолк, оставив после себя что-то смутное и невнятно-знакомое.

0

8

Грегори нахмурился, едва заметно скривил губы. Ему на миг показалось, что Лефер издевается, пытается поймать Алого жреца на "измене" своему богу. Ах так ты со мной, ярнов лизоблюд? Надо заметить, что подобные подозрения в последнее время практически вошли в привычку. Станешь тут параноиком, когда в городе назревает оппозиция, лидером церкви избрали не тебя а новоприобретенный щакхарр ни в какую не хочет дать по поводу всего этого совет. И это вы называете "нажирать бока на тепленьком месте"?!
Кто бы знал, каких усилий ему стоила сейчас эта лицемерная, сладкая ( и от того вдвойне искусственная) улыбочка, в которую он ловко превратил свой ответный оскал. Тяжело такой страстной, прямой и жесткой натуре, как ты, играть в придворные игры церковников. Тяжело смотреть в глаза человеку, которого счастлив был бы окунуть головой в помойную яму. Причем немедленно.
Правда. Рейнсонская зима меня порядком утомила.- резкий, неприязненный голос так странно звучал в ушах его обладателя сейчас. Так мягко, льстиво и подобострастно... И когда же ты успел научиться всем этим змеиным уловкам?
Научишься тут. Ну ничего. Как только градопровитель встанет на колени, ты все здесь изменишь. Прочь всю эту ложь, мерзость, все эти низкие пороки. Рейнсон получит то, чего достоин. Если надо, ты превратишь его в бездну.
Жесткая искорка, вспыхнувшая в глубине черных глаз погасла не успев зажечься. Прочь лишние мысли, сейчас нужно сосредоточиться на этом разговоре, который уже успел тебя разозлить. Грэг скосил взгляд на своего собеседника, удивленно вскинул брови, услышав просьбу коллеги. Губы его тронула легкая, надменно-снисходительная усмешка.
Конечно, если вам так будет удобнее. Как пожелаете. Что, непривычно смотреть на меня в таком ракурсе? Скоро привыкнешь! - да, именно этого самолюбие Уайта и дожидалось. Алый жрец выпрямился, опасливо смерил взглядом площадку для посадки. Нет, сидеть на теплой золотистой шерсти все-таки не в пример приятней, чем мочить ноги в этой ледяной городской каше. Но что уж есть.
Легонько, робко потянул на себя золотую цепь. Ну, Морриган. Пожалуйста. Спохватился, что он здесь все-таки не один и дернул сильнее. Почему то на людях его общение со зверем проходило особенно тяжко. Хорошо хоть Грегори успел достаточно хорошо отрепетировать свое "гордое сошествие" с мольеровой дочери. Посмотрел бы кто-нибудь на то, как Алый жрец неделей ранее мешком валиться с полутораметровой спины своей любимицы, вопя и ругаясь как сапожник. Научил сажать кошку на колени Грэг не сразу, долго мучился, одновременно злясь и ненавидя Морри за непонятливость, и боясь переборщить с оказываемым на нее давлением.
Но гордное и непринужденное представление, разыгрываемое ими сейчас на пустынной улице, стоило этих мучений. Так велик Мольеров последователь, что даже божьи дети склоняют пред ним свои косматые головы... Не каждый шакхарр позволил бы своему хозяину такие капризы.
Разумеется, это признак величия Грегори Уайта, а не отмороженности его шакхарра.
Разумеется.
Грегори ловко перекинул ноги на один бок кошки и сошел на землю. Отходить от Морриган не стал (рядом с ней чувствуешь чебя уверенней на улицах этого неспокойного городка), протянул руку и погладил зверя по плечу. Чуть прищурил глаза и снова впился взглядом в Лефера.
Оппозиции пока не слышно. Но до меня дошли слухи о каких-то горластых в таверне. Что вы намереваетесь делать с этим, достопочтенный лидер? - кажется, без ответа на этот вопрос Грегори от Лефера просто не отцепится.

Отредактировано Gregory White (15-08-2011 15:00:39)

+1

9

Однако, вопреки ее неприязни к всяческим интригам и притворствам, Морриган довольно ясно понимала то, что происходило между ее хозяином и его, если можно так выразится, приятелем. Ну, или неприятелем. Даже, наверное, врагом. Кошка хорошо чувствовала, тем не менее, что перед этим человеком ей, так же, как и ее хозяину, следует быть осторожней. Осторожней? Внимательней, мягче, и немного более напряженно, чем обычно. Будто она, как и Грег, что-то скрывала от своего "начальника". И даже не просто "что-то", а дикую ненависть и желание срочно избавиться от конкурента. И, между прочим, сейчас был отличный момент. Чего он ждет? Я просто откушу ему голову и дело с концом. А, ну да.. Он боится слухов? - Шаркхарр немного тормознуто среагировал на беззвучную просьбу хозяина. О, сколько мучений ему принесли тренировки этого самого "великого снисхождения". Морри очень долго не могла понять, что от нее хотят, смотрела на своего хозяина, как на идиота и упорно продолжала аккуратно присаживаться на филейную часть, предоставляя своему любимому Грегори возможность "весело съехать" с гладкой рыжеватой спины. Когда-то она так играла со своими месячными котятами. Им нравилось, а вот Грег никак не желал оценить милую забаву, чрезвычайно расстраивая этим свою питомицу. Разевал свой маленький рот и начинал вопить какие-то ругательства, пищал и даже пару раз хлопнул ее по лапе. Морриган не совсем поняла, что это было - жест признания или наказание за непослушание, но похлопывания восприняла болле-менее снисходительно, ласково потеревшись о хозияна мордой, после чего он отчего-то оказался на полу. Так что зимние катания с горок правой руке церкви были предоставлены в полной мере. Почувствовав, как Грег тянет за цепочку, кошка даже обрадовалась - теперь-то она точно знает, что делать! Плавно опустилась к земле, пригнула голову и позволила своему хозяину сравнительно грациозно спуститься на мостовую.
О, кажется разговор зашел о таверне. Морриган заметно оживилась и с любопытством взглянула на Лефера, к которому Грег обратился с вопросом об этом замечательном заведении, где чудно пахло жареным мясом, чем-то алкогольным и старыми сапогами.

+1


Вы здесь » Tomorrow. The imperfect world » Личные эпизоды » Прочь с дороги, неверный!